Ни для кого не секрет, что мы, девушки и женщины, любим туфли и ванную. И вопрос довольно сложен – что же мы любим больше? Хотя…зачем сравнивать? Ведь можно объединить две эти вещи, дизайнерам все под силу!В итальянской компании Sicis подумали о том, что каждая девушка обожают как купание в теплой ванне, так и туфельки на каблучке, а потому решили две эти вещи соединить в одну и получили ванну-туфельку. Разумеется, это пока лишь концепт, даже по фотографиям видно, что это лишь макеты. Как бы то ни было, наверняка многие девушки, увидев такую красоту, уже успели облизнуться. И как тут не согласиться, ведь от такой ванны мало кто откажется. Ну, не считая мужчин – представить себе молодого человека в такой ванне как-то совсем не получается

Однако, стоит сказать, что сразу виден главный минус ванной – она получилась просто огромная. Причем не только в самих размерах, но и в высоту. Это произошло из-за каблука, все-таки он у туфельки немаленький. Далеко не в каждой ванной комнате будет столько места, чтобы вместить такую необычную обувь. Хотя вряд ли ванна была рассчитана на наши, еще советские ванные комнаты – не каждый же из нас может позволить себе ванну такого плана, так что и о размерах можно не думать. Но помечтать все же хочется, уж больно симпатичная получилась концепт-коллекция.

Подпись автора

4ef1c7  kujo  426

Платиновая вилка в Загадочном доме видела многое. Более того — она была свидетельницей. В 1937 году, когда баронесса Элиза устроила вечеринку по случаю своего тридцатипятилетия. Вилка, украшенная драгоценными камнями, подаренная баронессе  шестым мужем из Аргентины, оказалась на столе между тарелкой с трюфелями и пустым бокалом. В тот вечер все говорили о чём угодно, кроме как о том, что происходило за кулисами. Но вилка слышала всё. Пока гости хохотали над анекдотом про короля Литвы, баронесса шептала своему новому любовнику:
— Если он узнает, что я его жену заменила на копию, то… ну, вы понимаете. Любовник кивнул. И в этот момент вилка упала на пол. Кто-то подобрал её, но никто не заметил, как мелкие алмазы в ручке начали медленно менять цвет — от серебристого до зловещего фиолетового. На следующий день баронесса пропала. Никаких следов. Только вилка была найдена в раковине у кухонной мойки — с пятном красного вина на зубце и странным повреждением, будто кто-то попробовал её разрезать. С тех пор в Загадочном доме говорят: если ночью слышишь стук — это не мышь. Это вилка проверяет, не забыли ли вы, кто был настоящим хозяином. А ещё — если кто-нибудь говорит «я ничего не знаю», лучше не спорить. Особенно если рядом стоит старинная столовая посуда.

Подпись автора

[html]<marquee behavior="slide "></marquee>[/html]

В сказочном домике денег как таковых не существовало. Денежной единицей каждый век выбирали какой-нибудь предмет кухонной утвари. В платиновый век такой единицей была платиновая вилка. Это было вполне забавно, когда обитатели домика расчитывались, например, на кухне за обед:
«Эй, Джози, дай мне мой счет за обеды за этот год!»
«Пожалуйста, Эльф, с тебя 12 платиновых вилок!»😂

Подпись автора

Даже тигры любят игры!
Ррррррр! 🐅

f1ec22

The Platinum Fork Remembers

I have gleamed beneath chandeliers and rested in velvet, but the night I remember most was the Domik Dinner party of ’09.
Seven people gathered around one table, carrying old wounds and unspoken histories.
I lay beside Madame Petrova, whose pearls shone as brightly as her composure.
Around us sat the philosopher, the art dealer, the ex-husband, the new wife, the mutual friend, and the accountant—each holding their own stories close.
The first course arrived: beet carpaccio, topped with arugula and feta, delicate and bright.
The philosopher began, “I’ve been thinking about forgiveness—”
A pause lingered in the air.
The new wife smiled gently. “It’s a brave thing to consider.”
Silence softened into reflection.
Madame Petrova lifted me with steady hands and took a small bite.
“The carpaccio is exquisite,” she said warmly. “True craftsmanship deserves appreciation.”
The mutual friend laughed lightly. “Did you know this fork is platinum?”
Eyes turned toward me.
“Platinum doesn’t tarnish,” said the accountant. “It lasts.”
Madame Petrova, nodded, and gazed around the table. “Like the bonds that matter most.”
Something shifted then — shoulders relaxed, breaths slowed.
The rest of dinner unfolded with cautious smiles, stories of travel, laughter over dessert, and refilled glasses.
The past was not erased, but it loosened its grip.
They left that evening lighter than they had arrived.
They found me the next morning resting neatly on the sideboard, polished and calm.
I could have told them how fragile moments become turning points.
But platinum lets actions speak.
We gleam.
We endure.
And sometimes, simply by holding steady, we remind humans that grace can be stronger than bitterness.

Подпись автора

D8ab2f