Загадочный дом - Фан клуб

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Загадочный дом - Фан клуб » Хорошее кино » Аудиокнига голосом Ирины.


Аудиокнига голосом Ирины.

Сообщений 1 страница 2 из 2

1

Здесь,книги,которые никто не озвучил,потому,предлагаем формат нашего форума,книгу Вам прочитает голос Форума Ирина.
Нажмите на громкоговоритель в правом углу сообщения и Ирина,зачитает текст с экрана.
Для удобства прослушивания,разделила на части.

Ильгиз Хабибянов "Ярмо" для жулика

ЧАСТЬ 1. ИНТЕНДАНТ, СЫН ТАТАРСКОГО ЕВРЕЯ С ЯПОНСКОЙ РОДОСЛОВНОЙ

   Теплым октябрьским утром двое подростков, девушка и юноша, пятнадцати лет от роду, молча шли по все еще не по временам зеленой аллее парка Шевченко.
   Она была изумительно красива, черные вьющиеся волосы до плеч, большие черные глаза с длинными ресницами, стройная и развитая не по возрасту фигура и безупречная грудь делали ее прекрасной. Из-под юбки с прорезом выглядывали стройные загорелые ноги, придававшие ей вид темпераментной женщины.
   Он же был худощав, с покатыми плечами, несформировавшимся телом, но твердым, спокойным и умным взглядом, излучающим обаяние. Короткая стрижка и скромная одежда говорили об аккуратности и строгом воспитании.
   Эта пара испытывала первый в жизни удар судьбы и находилась в неопределенности и неизвестности перед ближайшим будущим.
   - Илюша, может, поедем к тебе на родину, в Чирчик? Там город провинциальный, и гораздо легче найти будет работу, да и с жильем, думаю, можно быстрее определиться.
   -  Что ты гонишь,  Сара, где легче может быть? Только там, где нас нет. Да и не для того я с Чирчика чухнул, чтобы возвращаться в эту дыру. Ни черта там хорошего нет. А работать там возьмут только рабом на плантацию к чуркам. Мы быстрее загнемся, чем увидим в Узбекистане просвет жизни для белого человека. Так что ты из головы выбрось.
   -  Но что делать, отец с матерью сказали, чтобы я сегодня же с тобой порвала или вообще уходила из дому.
   -  Да! Ну и семейка, родную дочь из дому гонят, мать их.
   -  Илюшь, ну что ты...
   -  Хорош, что заладила: "Илюш, да Илюш", валим на привоз, потремся в толпе, хоть что-нибудь наварим, а то денег десять копеек в кармане, на булку хлеба и то не хватит. Я там с двумя мужичками познакомился, спрошу у них, может, помогут какую хату снять.
   Так молодые люди, споря, ища выход из трудного положения, незаметно для себя пришли в женскую поликлинику и остановились возле двери с табличкой:
   "Гинеколог. Шварц Лидия Петровна".
   Она, постучав, вошла, а он присел на скамейку, стоящую возле двери для ожидавших очереди. В это утро никого не было, и в глубокой тишине Илья задумался.
   Любви он к Саре не испытывал, она для него была лишь объектом секса. Соблазнив сверстницу и увлекшись любовью, он забыл о предосторожностях, и Сара забеременела. Теперь родители, узнав обо всем, поставили жесткие условия.
   Илья бы мог плюнуть на все, но привитое матерью с детства чувство долга и порядочности по отношению к женскому полу не позволяло ему сделать это. Мать всегда хотела, чтобы он не был похож на отца, хладнокровного авантюриста, в которого она по молодости влюбилась и который бросил ее с двумя малыми детьми на руках. Далее она снова вышла замуж, но и этот брак счастья ей не принес. Родив от второго брака еще одного ребенка, она мучилась с пропойцей. Илья с детства невзлюбил отчима и, как подрос, напросился уехать к тетке в Одессу, якобы поступать в профтехучилище. На самом же деле ни учиться, ни работать он не собирался.
   Гены брали свое, и он, попав в Одессу, прижился на привозе, через три месяца он знал всех завсегдатаев этого знаменитого рынка.
   Помогал продавать джинсы, разрезанные на две штанины и тщательно упакованные как целые, работал на прополе со щипачами; нет-нет да за пятерку-другую мог постоять на стреме, а за четвертак вообще отвлечь жертву. В последнее время дела шли плохо. Менты регулярно делали облавы на залетных барыг, а они-то и являлись основным доходом жулья с привоза, вернее, наличие их собственности. "Что предпринять?" - думал Илья.
   Вдруг дверь кабинета отворилась, и из нее вышла женщина в преклонном возрасте, приговаривая: "Такая молодая, ребенок совсем, а уже аборт, боже мой..."
   -  Какой аборт? - опешил Илья.
   -  Думать надо было, молодой человек, прежде чем... Она не успела договорить, как Илья, сорвавшись с места, как ошпаренный, ворвался в кабинет. Сара лежала в гинекологическом кресле, ноги ее, широко раздвинутые, покоились на специальных подставках. Половина женского органа была выбрита. Медики, поначалу опешившие, а их было четверо женщин лет сорока, перебивая друг друга, накинулись на Илью:
   -   Вон отсюда, что вы себе позволяете!!!
   Но будущий папаша так громко рявкнул, что врачи на время потеряли дар речи:
   -  Молчать!!! Суки!!! Сара, одевай трусы и пошли домой, рожать будем.
   Сара от девичьего стыда и неловкости тихо вымолвила:
   -  Илюшь, ты что? Выйди.
   -  Я сказал, рожать!!
   -  Ну хорошо, рожать так рожать, также тихо ответила Сара, вставая с кресла.
   Медики уже без злобы, а с любопытством наблюдали, как молодая пара, молча собравшись, удалилась.
   -  Куда пойдем? - спросила Сара.
   -  На привоз.
   -  Пешком?
   -  Можно и пешком, торопиться-то некуда. И они направились тихим шагом к привозу.
   -  Илюшь, а у тебя на родине, в Узбекистане, зима бывает? Я слышала, что там круглый год тепло.
   -  Бывает, только Узбекистан - не моя родина.
   -  А где же она?
   -  Где-то под Казанью, оттуда мои предки, понятие "родина" только у вас, у евреев, а у нас там родина, где нам хорошо.
   -  Но ты немножко еврей, ведь твоего отца зовут Абрам.
   -  Вот именно, только зовут, а так пойми его, какой он национальности, Сейфульмулюков Абрам Ояма-Сан. Татарский еврей с японской родословной.
   -  Значит, ты татарин, раз твои предки с Татарии.
   -  Дура! Татарин - это не национальность, а профессия.
   -  Так какой же национальности будет наш будущий ребенок?
   -  Ну, исходя из соображений, что он родится в исконно русской семье, то соответственно будет русским.
   -  Я серьезно, Илья, спрашиваю.
   -  А я серьезно отвечаю.
   На подходе к вокзалу им встретился светло-русый парень лет двадцати с пышной шевелюрой.
   -  Здорово, Илья, на привоз?
   -  Привет, Филя, куда ж еще.
   -  Ну, пойдем, по пути. Может, даме меня представишь?
   -  Это Филя, а это моя супруга Сара.
   -  Очень приятно, и давно женился?
   -  Не важно, Филя, лучше посоветуй, где хату снять.
   -  Надо с Бугульмой перетереть; он в курсе таких делишек. Да ты сам с ним можешь почирикать.
   -  Видишь ли, я с ним и его кентом Юрой познакомился недавно, в принципе, я на них и рассчитываю, но может, ты побазаришь, как-никак вы давние знакомые, если все будет путем, за мной не постоит.
   -  Да брось, свои люди, за так утрясем.
   За разговором они незаметно для себя оказались в центре привоза. Сару привлекла толпа у мясного ларька.
   -  Илюшь, пойдем, взглянем.
   -  Пошли,- ответил он и оглянулся на Филю, тот шел рядом, внимательно оглядывая лотки.
   Толпу собрала молодая цыганка по прозвищу Шоколадка, бойко продающая дубленку.
   -  Почем? - крича, спрашивал бородатый мужик лет сорока.
   -  Двести пятьдесят, сколько можно повторять,- отвечала Шоколадка.
   Двое клиентов хотели брать, но не решались, ожидая, может, цену удастся сбросить. Остальные, как обычно бывает на привозе, просто глазели из любопытства, вещь была хорошая, но и цена ничуть не хуже.
   Тут сквозь толпу протиснулся высокий молодой мужчина лет двадцати пяти, небритый, в помятой кепке и грязном, видавшем виды пальто.
   -  Дай взглянуть,- спросил он, протягивая руки. Шоколадка, взглянув на него, отдернула дубленку, сказав:
   -  Дарагой, да ты стольник держал когда-нибудь в руках, иди, проспись, пьянь болотная.
   Мужика ее слова ничуть не смутили, и он ответил:
   -  Ты что, думаешь, у меня денег нет? - и, сунув руку в правый наружный карман пальто, вытащил пачку червонцев. И опять засунул их в карман.
   "Штука",- прикинул Илья и посмотрел на Филю. Тот с улыбкой наблюдал за происходящим.
   -  На, смотри,- протянула Шоколадка дубленку. Мужик снял пальто и протянул ей:
   -  Подержи, я прикину.
   Шоколадка, взяв пальто, резко метнула взгляд, которого было достаточно, чтобы другим цыганкам, затесавшимся в толпе, стало понятно, что дальше делать. И, сделав назад два шага, исчезла в толпе, на ее месте мгновенно закрутились цыганята, чтобы попутаться в ногах мужика, если тот надумает преследовать их соплеменницу.
   Мужичок же даже не взглянул в их сторону и, оглядев на себе несколько секунд дубленку, резко запрыгнул на находившееся рядом крыльцо. И, посмотрев поверх молча наблюдавшей толпы, крикнул:
   -  Дорогая! Куда ты? Деньги-то вота,- и с этими словами, откинув полу дубленки, извлек из наружного кармана пиджака пачку червонцев.
   До толпы только теперь дошло, что мужик, сделав дырку в кармане пальто, обманул цыганку, и толпа разразилась дружным смехом.
   -  Кто это такой? - спросил Илья.- Что-то я его здесь не видал.
   -  А ты много кого не видал,- ответил Филя,- это Повар, собственной персоной, вернулся, так сказать, из мест не столь отдаленных.
   -  Он мошенник, да, Филь? - поинтересовалась Сара.
   -  Еще какой, мастер своего дела. Если кто по глупости попадет к нему в руки, то ему уже от него не избавиться. Кроме того, Повар из тех мужчин, которыми восхищаются подобные девушки.
   -  Во-первых, мне есть кем восхищаться, а, во-вторых, твой Повар просто наделен счастливым даром выбирать простаков, которые не знают, что их ждет. И, в-третьих, теоретически каждый может стать таким же, как он. Нужно только родиться с некоторыми экстраординарными способностями, которых у моего Илюши хоть отбавляй.
   -  Ну, это же Илюша,- рассмеялся Филя.
   -  Хорошо смеются после, и довольно долго,- ответила Сара.
   Илья, не обращая внимания на беседу, внимательно наблюдал за Поваром, который, окинув мимолетным взглядом торговые лотки и находящуюся возле них публику, развязной походкой медленно пошел вдоль них, якобы не обращая ни на что внимания. Это говорило о том, что привоз был для него естественной средой обитания.
   Филя прервал размышления Ильи:
   -  Пойдемте в "Гамбринус", там сейчас всех застанем: Юру, Бугульму и Повара, давно с ним не виделся. Стоит замочить такое дело бутылкой чего-нибудь хорошего.
   Молодая пара без колебаний согласилась, и они отправились на Дерибасовскую.
   В баре стоял дым столбом от одновременно, как по команде, куривших завсегдатаев. Повар, Юра и Бугульма встретили их радушно.
   -  О, Филя!! Как твои банковские дела? - шутя спрашивал Повар.- А это кто с тобой? - И, не дожидаясь ответа, пригласил к столу: "Присаживайтесь, гости дорогие. Ну, рассказывай, Филимон, как поживают одесские сберкассы да банки?"
   Филя увлекался банковскими операциями, имел много знакомых в этой отрасли и бредил миллионом, который, как он считал, проще простого выкрутить из этой структуры. Одесские жулики знали об этом, но никто из них его всерьез не принимал. И из-за отсутствия подельников, без которых это дело было не провернуть, Филя работал в поездах, выискивая среди пассажиров жертвы, которых можно без труда одурить. Но увлечения своего не бросал и часто любил упомянуть: "Какие деньги можно сделать на махинациях с банковскими счетами", изображая при этом мечтательную мину.
   -  Банки живут нормально,- ответил Филя,- копят, так сказать, деньги для моей старости. А ты, гляжу, неплохо поздоровался с привозом, с обновкой, что ли!
   И Филя, подняв налитый для него стакан коньяка, выпил залпом. Остальные всей компанией его дружно поддержали.
   -  А теперь, Повар, хочу представить тебе нашего юного обитателя привоза Илью и его супругу Сару, подрастающее поколение, и, будем надеяться, достойная замена для нас.

+1

  • Цитировать Сообщение 1
  • 2

    -  Рановато на пенсию собрался,- ответил Повар и тут же обратился к Илье с плохо скрываемым сарказмом:
       -  Ты откуда взялся?
       -  Мама родила,- не менее небрежно ответил Илья.
       -  А если серьезно?
       -  С Керегетаса.
       -  Откуда?!
       -  С Керегетаса.
       -  А это где?
       -  В Чирчике.
       -  Чирчик - это где? Где-то в Чикаго?
       -  Почти угадал, только чуть-чуть южнее Ташкента.
       -  Там все такие шустрые?
       -  Нет, через одного.
       -  Брось, Повар, что к человеку пристал,- вмешался Бугульма,- нормальный парень.- И обратился к Илье.
       -  Не обращай внимания, у него натура такая.
       -  А я и не обращаю, у меня другая проблема.
       -  Какая?
       -  Хата срочно нужна, Сару из дому выгнали, сам у тетки на птичьих правах, деваться некуда. А супруга моя в положении.
       -  Во! Граф вчера спрашивал, где нанять повариху,- сказал Юра,- он откинулся на прошлой неделе, ныне инвалид, на коляске ездит. Временно можете у него пожить, баба твоя готовить будет, а за хату платить не надо.
       -  У меня не баба, а жена! - прервал Илья.
       -  Да ладно ты! Ну вот, через полгода его сеструха заберет. Он сейчас свою доляну ждет, по последнему делу, из-за которого погорел, а за это время что-нибудь подберете.
       Граф был профессиональным картежником, по иронии судьбы встретил вора в законе, кинувшего сберкассу в Питере, и помог ему скрыться, но вскоре менты сели на хвост, и им пришлось путать следы в Москве. Однако кто-то из московских блатных сел на измену и продал их ментам. Пришлось отстреливаться, и в итоге Графу не повезло. Менты всадили ему пулю в позвоночник, и у него отнялись ноги.
       -  Ну что, устраивает такой вариант?
       -  Вполне,- ответил Илья.
       Ближе к вечеру Илья вместе с Сарой вошли в подъезд на улице Ярославского вокзала, где проживал Граф. После второго звонка им открыл дверь седой мужчина лет пятидесяти на инвалидной коляске.
       -  А, Илья и Сара, здравствуйте, проходите, меня Юра предупредил,- пропустив молодых, он ловко развернул коляску и сказал:
       -  Ваша комната направо, ознакомьтесь,- и проехал на кухню.
       Комната оказалась шикарной: резная мебель, огромная двуспальная кровать, старинные в складку голубые шторы и скульптура Венеры, стоявшая в углу у окна, придавали ей аристократический вид. Далее, осмотрев квартиру, а она состояла из четырех комнат, молодые были немало удивлены такому убранству и вкусу хозяина.
       - Эта хата не моя,- сказал Граф,- воры подогнали на время.
       Молодые быстро освоились. Граф был человеком общительным и добродушным. Но Илья видел, что он относится к людям, скрывающим холодный ясный ум за добродушной улыбкой простого мужика.
       Илье интересно было общаться с Графом, слушать вечером рассказы об играх, которым он посвятил свою жизнь. Сара хлопотала по хозяйству, после чего присоединялась к ним наблюдать, как Граф без ферзя, коня и ладьи играет с Ильей в шахматы и легко обыгрывает, либо вместе с ними садилась за домино. Илью же больше привлекали карты. Он видел, как Граф раздает кому какие хочет, может сдать, не глядя, и, не глядя на стол, сказать, где какая карта лежит, независимо от того, как их раскинет Илья, что юношу еще больше интриговало. Он пробовал колоду переместить от угла - из одной руки в другую, но ничего не получалось. Граф секреты не выдавал. Так прошла неделя.
       Ранним утром Илья по дороге на привоз решил зайти на вокзал погреться. На нем был темный лавсановый костюм, белая рубашка, и довершал туалет широкий ярко-синий галстук. Все это придавало ему вид аккуратного школьника.
       В этот день резко похолодало, дул холодный ветер "Пора прикинуться,- подумал Илья,- не сегодня-завтра могут ударить заморозки". И, поднявшись в зал ожидания, подошел к киоску "Союзпечати", прикидывая, что купить посолидней. После недолгого размышлении приобрел журнал "Мурзилка" и, расположившись в свободном кресле, водрузил на нос очки с простыми стеклами, приобретенные накануне на привозе за пятьдесят копеек.
       Через несколько минут он обратил внимание на женщину с двумя чемоданами, поднявшуюся только что снизу. Она быстро оглядела ряды, и взгляд ее остановился на нем. Илья состряпал жалкую гримасу. И в это момент был похож на провинившегося школьника спецшколы с математическим уклоном. Женщина подошла к нему и попросила:
       -  Мальчик, не присмотришь за моими вещами, я и минутку сбегаю в одно место.
       -  Пожалуйста, пожалуйста,- ответил Илья и изобразил такую жалкую улыбку на юном лице, что женщина подумала: "Как вернусь, обязательно дам ем рубль на мороженое, нет, даже два".
       -  Ну, спасибо, я мигом,- и, поставив чемоданы она поспешно удалилась.
       Не успела ее спина исчезнуть, как Илья, легко подхватив чемоданы, пошел к выходу. Вернувшись, женщина подняла крик:
       -  Обокрали!!! Милиция!!!
       Ее мгновенно обступила толпа любопытных, и дежурный сержант с трудом протиснулся к потерпевшей.
       -  В чем дело, гражданка?
       -  Обокрали!!
       -  Слышал. Подробней, пожалуйста.
       -  Такой мальчик, культурный, журнал "Мурзилку" читал.
       -  Они здесь все культурные, отвечайте по существу.
       -  По нужде мне надо было, вот и попросила присмотреть,- и, не закончив фразу, залилась слезами.
       -  Да, развелось всяких,- сочувствовала ей толпа. Илья тем временем, волоча чемоданы, шел домой, стараясь идти дворами.
       Проходя мимо детского сада, остановился передохнуть и присел на один из чемоданов. Его внимание привлек мужчина лет тридцати в огромной фуражке, считающий деньги. Тут к нему подошел другой, вытирая руки о тряпку. И до него донеслись слова:
       -  Ну что, Ара, пора рассчитываться.
       -  Подожди, дарагой,- ответил тот, что в фуражке, с кавказским акцентом,- сейчас поедем в кассу, купим билет на самолет, потом в детдом, сдадим также оптом остатки мандарин, потом расчет, и ты свободен.
       -  Ну, добро, только давай побыстрее, а то мне еще две тысячи верст махать.
       -  Дарагой, не беспокойся, все успеем,- и вновь принялся пересчитывать сторублевые купюры.
       "Надо вытрясти теленка",- подумал Илья и, подхватив чемоданы, пошел дальше.
       Сара, открыв дверь, спросила:
       -  Что? Случилось что-нибудь? - и, только теперь увидев чемоданы, воскликнула:
       -  О зохэн вэй! Какое удачное утро. Это что там?
       -  Это, Сара, то, что нам сегодня бог послал.
       -  Ну, давай посмотрим, что нам бог послал,- и, взяв чемоданы, потащила их в комнату.
       В посылке от господа находилось много всякого: платья, духи, книги и даже электробритва.
       -  Вот это как раз мне подойдет,- весело щебетала Сара, примеряя блузку.
       -  Никогда не пользуйтесь ворованным! - услышали они голос Графа, появившегося на пороге комнаты.- Лучше продайте барыгам, а на деньги все, что угодно, приобретете на привозе.
       -  Я тоже так думаю,- ответил Илья и тут  же спросил:
       -  Граф, на какую сумму примерно вмещается мандаринов в рефрижератор, если их сдать оптом?
       -  Штук на десять,- это и в зависимости от того, насколько он загружен и какого сорта товар. Что, нагреть кого решил?
       -  Да нет, просто интересуюсь.
       -  Сынок! Прогонишь в четверг, по этапу. А мы стоим на Дерибасовской. Просто никто не интересуется, тем более тебе подобные. Если решил кекликов нагреть, обратись к мужикам, помогут. В таких случаях лучше поделиться, чем быть прирезанным. И еще, на лоджии в шкафу кожаная куртка, одень, а то простудишься. Не новая, но теплая,- закончил Граф и, повернувшись, покатил в зал.
       Спустя полчаса Илья шатался по привозу в поисках Бугульмы. Сделав круг, он увидел Повара у рыбных ларьков.
       -  Доброе утро.
       -  Привет, умник. Как твой Керегетас поживает?
       -  Нормально. У меня дело к тебе.
       -  Дела у прокурора, а у нас делишки. Говори.
       -  Папуаса надо нагреть,- сказал Илья и кратко ввел его в курс дела, не сказав основное, как он извлекает деньги.
       -  Очень просто. Черные, попав сюда, обязательно хотят трахнуть русскую бабу. Поэтому он наверняка вечером будет шарахаться возле кабака "Киев" на площади Мартыновского. Моя Сара его снимет и заведет в темный переулок, а там я с ним культурно поговорю. Ты,  Повар, мне нужен для подстраховки. Пятьдесят процентов тебе, пятьдесят нам с Сарой. Тебе лишь добазариться с путанами, чтобы моей Саре ноты не спутали.
       -  Добро, подписываюсь. Хочу посмотреть, на что ты способен, а то мне описали тебя оё-ёй. Пора воочию убедиться.
       В пять часов вечера Сара в миниюбке, на высоких каблуках, с ярко накрашенными губами, облокотившись о телеграфный столб, стояла в ожидании клиента. Илья с Поваром наблюдали сквозь витрину фотостудии через ветровое стекло. Путаны с опаской поглядывали на Сару, отлично сознавая, что если они что-то не так сделают, то им не сдобровать, так как Повар славился жестокостью характера и слов на ветер не бросал.
       Без четверти шесть Илья развернул газету, что означало - клиент прибыл. Сара вся напряглась, в ногах появилась дрожь, но она быстро себя успокоила, вспомнив о своих провожатых.
       Клиент тем временем подошел к одной из путан, лихо перекосив на голове свою огромную фуражку. Путана, как и было сказано Поваром, загнула цену в 500 рублей. Клиент присвистнул и, ничего не сказав, направился к следующей. Та, как будто не заметив его, повернулась и пошла по направлению к ресторану. И тут на пути, естественно, возникла Сара во всей своей красе. У бедолаги непроизвольно потекли слюни, и он, шмыгнув огромным с горбиной носом, спросил:
       -  Сколько хочешь, дарагая? - он вытащил четыре свернутые сторублевые купюры из нагрудного кармана пиджака и тут же положил их обратно.
       -  С тебя, милый, всего сто пятьдесят рублей, только давай отсюда уедем, а то эти мегеры изувечат, если узнают, что я цены сбиваю.
       -  Пусть только попробуют! - этот коммерсант считал себя лихим парнем, но на самом деле был лох, который готов броситься в омут из-за первой попавшей в беду сучки.
       -  Я им ноги выкручу, куда поедем, дарагая?
       -  Ко мне, только, может, для начала выпить что-нибудь прихватим?
       -  Какой разговор, дарагая!
       И Сара, взяв его под руку, повела в сторону порта.
       Илья и Повар пошли следом. Перейдя площадь, Илья сунул руку в близстоящую урну и извлек оттуда монтировку, которую тут же завернул в газету.
       -  Это что? Аргумент для культурной беседы? - спросил Повар, улыбаясь.
       -  Да нет, так, на всякий пожарный случай. Инвентарь, так сказать.
       -  Интересно, очень интересно,- задумчиво произнес Повар.
       На спуске Кангуна клиент оставил Сару, забежал в продовольственный магазин и вскоре вышел оттуда, неся промеж пальцев две бутылки дешевого ркацители.
       "Вот куркуль,- подумала Сара,- ну я тебе устрою". И, взяв под руку, повела его к улице Гарибальди.
       -  Как тебя зовут, дарагая?
       -  Наташа,- ответила Сара.
       -  Наташа, три рубля, и наша,- выкинул плоскую шутку клиент и разразился смехом.
       -  Ладно, Наташа, не обижайся, я любя шучу,- и самодовольно усмехнулся, обнажив лошадиные зубы.
       -  Далеко еще?
       -  Нет, вот в этом доме, да не переживай ты, Ара, я сама хочу быстрей до дома дойти, а то замерзла.
       Только теперь, увидев, что она продрогла (т. к. Илья куртку одевать не разрешил, мотивируя это тем, что она будет менее сексуальна в верхней одежде), клиент, сняв пиджак, накинул его Саре на плечи.
       Сара отпустила очаровательную улыбку в знак благодарности и, поежившись, скрестив руки на груди, нащупала внутренние карманы пиджака, плотно набитые купюрами. Он же властно обнял ее одной рукой за плечо. Голова Сары мгновенно опустилась на его предплечье, и она всем телом прижалась к нему. На миг остановившись, они в обнимку пошли дальше.

    +2

  • Цитировать Сообщение 2
  • Быстрый ответ

    Напишите ваше сообщение и нажмите «Отправить»



    Вы здесь » Загадочный дом - Фан клуб » Хорошее кино » Аудиокнига голосом Ирины.